Если завтра война…
1 ФЕВРАЛЯ 2016, АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ

ТАСС

Российско-турецкие отношения вновь обострились, практически дойдя до предела. Того самого предела, который называется «война». В конце прошлой недели Анкара заявила, что российский бомбардировщик Су-34 вторгся в воздушное пространство Турции, залетев туда на 25 секунд. При этом пилот не отреагировал на предупреждения как на английском, так и на русском языках. Москва устами представителя Минобороны генерала Конашенкова решительно все опровергла, добавив оскорбительный комментарий, который сводился к тому, что радиолокационные станции, во-первых, не способны определять национальную принадлежность самолета-нарушителя, а, во-вторых, не могут посылать речевые предупреждения. Надо сказать, после того, как в ноябре был сбит российский бомбардировщик, Москва упрекала Вашингтон, что тот не распространил договоренности о предотвращении инцидентов в воздухе на действия всех членов своей коалиции. Скорее всего, эти договоренности включают и определение национальной принадлежности, и возможность обмена сообщениями. Так что конашенковская ирония относится, очевидно, лишь к тому, что турецкие власти не к месту упомянули о радиолокационных станциях.

Кстати, как раз за день до инцидента состоялась видеоконференция представителей Минобороны России и США. В Пентагоне сообщили, что речь шла о соблюдении меморандума, повышении безопасности операций России и коалиции во главе с США в Сирии, а также возможностях «по предотвращению несчастных случаев и непреднамеренной конфронтации». Но вскоре американские военные были вынуждены изменить тон, официально подтвердив, что нарушение воздушного пространства Турции имело место.

Анкара не замедлила с ответными акциями. Как сообщили СМИ, ВВС страны приведены в повышенную боевую готовность. Заявленный «оранжевый» уровень угрозы разрешает турецким пилотам действовать сообразно обстоятельствам, не запрашивая дополнительных разрешений от командования. Что до России, то она, как сообщил «Коммерсант», перебросила на свою авиабазу в Сирии четыре новейших истребителя Су-35С.

Близкие к Кремлю эксперты уцепились за заявление турецкого президента Эрдогана, который настаивал на личной встрече с Путиным. Все это, мол, провокация, предпринятая для того, чтобы остановить беспощадные, хоть и справедливые российские санкции. Однако факт остается фактом: Россия и Турция находятся сегодня на грани войны. При этом Анкара настойчиво подталкивает НАТО к этой конфронтации. И, следует признать, Североатлантический альянс сегодня куда решительнее выступает на стороне Турции теперь, чем это было после первого инцидента. «Я призываю Россию действовать ответственно и в полной мере уважать воздушное пространство НАТО. Россия должна принять все необходимые меры для обеспечения того, чтобы такие нарушения не повторялись», — заявил генсек НАТО Йенс Столтенберг. Он выразил солидарность с Анкарой. И, главное, заявил, что Североатлантический альянс «поддерживает территориальную целостность своего союзника – Турции». От этого не так уж далеко до применения знаменитой 5-й статьи Вашингтонского договора, той самой, где речь о коллективной обороне…

Когда Клаузевиц писал два века назад о «тумане войны», он имел в виду то, что полководец никогда не имеет исчерпывающей информации о местоположении противника и поэтому обречен полагаться на интуицию. Благодаря современным средствам разведки этот «туман войны» рассеялся. Но появился другой: боевые действия связаны с таким гигантским количеством политических и социальных факторов, что, даже аккуратно подсчитав силы и средства, обеспечив превосходство в собственной военной области, инициатор войны никогда не может знать, чем она обернется. Решившись на военную авантюру в Сирии, Кремль преследовал вполне конкретную цель: выйти из международной изоляции, вызванной кризисом на Украине. Вроде бы все рассчитали верно: у оппозиции нет ПВО, а западные лидеры, смертельно боящиеся любых инцидентов (то есть берегущие жизнь своих военных), обречены принять условия, которые им продиктует решительный российский начальник. На издержки, вроде гибели двухсот с лишним россиян в результате теракта, внимания можно не обращать.

Но нарвались на другого «сильного» лидера, которого поначалу вовсе в расчет не принимали. На турецкого президента Эрдогана, который точно так же, как Путин, готов добиваться своих целей, взвинчивая ставки взаимного противостояния. И западные лидеры волей-неволей вынуждены принимать сторону Турции. И сегодня важнейший вопрос – в случае прямого военного столкновения все закончится локальным российско-турецким конфликтом? Или этот конфликт быстро перерастет в войну с НАТО? Надо сказать, что силы России и Турции на черноморском театре приблизительно равны (по три десятка кораблей основных классов у каждой из сторон, 300-400 боевых самолетов). Но совсем другой разговор, если конфликт не ограничится столкновениями в районе турецко-сирийской границы. На авиабазах в Турции находятся военнослужащие США и других государств НАТО. В Средиземноморье – американский 6-й флот, многократно превосходящий по боевой мощи Черноморский флот России. Думал ли Путин о таком развитии событий, когда, развертывая самолеты в Сирии, хотел подкрепить свою речь ООН?


Фото: ILA Berlin Air Show 2014, Germany, Selchow / Wolfgang Kumm / DPA/TASS














  • Алексей Макаркин: Российское общество не интересуется тем, что там происходит, не является фанатом военных, но и не поддерживает мысль, что демократия – всегда хорошо.

  • "Коммерсант" : Россия практически остается единственной страной за пределами региона, кто продолжает поддерживать отношения с Мьянмой.

  • Сергей Романчук: Мьянма. Все чаще вспыхивает, как наша ролевая модель. И кстати, у них тоже есть нефть.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Автократы всех стран, соединяйтесь!
29 МАРТА 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Военной хунте в далекой Мьянме (в прошлом Бирме) потребовалась срочная международная поддержка. Хотя поначалу все шло как обычно. Тамошним генералам решительно не понравились результаты выборов. Партия, которую они поддерживали, оказывалась в абсолютном меньшинстве. Не спасало даже то, что по специфическому законодательству этой страны главнокомандующий вооруженными силами наделен правом назначать в парламент 166 военнослужащих (около четверти депутатов). В этих условиях военные, понятное дело, совершили переворот, арестовали победителей, обвинили их в коррупции, пообещали неизвестно когда провести другие выборы, справедливые и честные.
Прямая речь
29 МАРТА 2021
Алексей Макаркин: Российское общество не интересуется тем, что там происходит, не является фанатом военных, но и не поддерживает мысль, что демократия – всегда хорошо.
В СМИ
29 МАРТА 2021
"Коммерсант" : Россия практически остается единственной страной за пределами региона, кто продолжает поддерживать отношения с Мьянмой.
В блогах
29 МАРТА 2021
Сергей Романчук: Мьянма. Все чаще вспыхивает, как наша ролевая модель. И кстати, у них тоже есть нефть.
Идет война «ментальная», холодная война
25 МАРТА 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В умах российских начальников чем дальше, тем больше обнаруживается любопытный поворот. Еще недавно, говоря о противостоянии коварному Западу, они вели речь о количестве ядерных боеголовок и боеспособности вооруженных сил. И вскоре обнаружилось очевидное противоречие. Если принять на веру следующие по еженедельному графику победные рапорты военачальников, то из них следует: страна надежно защищена. Нужно успокоиться и взяться за что-нибудь другое. Нацелиться на одержание победы над США и Гейропой в какой-то иной области, кроме чисто военной. Например, сосредоточиться на качестве жизни подведомственного населения, на медицине и образовании, создании привлекательной картины будущего, наконец.
Прямая речь
25 МАРТА 2021
Сергей Цыпляев: Ментальная сфера вообще-то не то, чем должны интересоваться военные, у них должны быть другие направления работы.
В СМИ
25 МАРТА 2021
«Московский комсомолец»: В Минобороны заявили о развязывании США "ментальной" войны против России
В блогах
25 МАРТА 2021
Иван Беляев: Уходили комсомольцы на ментальную войну.
Переход триумфа в катастрофу
9 ФЕВРАЛЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Внешнеполитическую деятельность довольно часто сравнивают с военными действиями. «Дипломатическое наступление», «МИД перешел в глухую оборону» — этими сравнениями пестрят российские и зарубежные газеты. Причина понятна: в обоих случаях происходит столкновение интересов разных государств, часто прямо противоположных. Отсюда — накал страстей и противоборство интеллектов. При этом часто без внимания остается принципиальное отличие дипломатических баталий от тех, что происходят на поле боя. В дипломатии не должно быть побежденных, победой является совместная договоренность или, по крайней мере, достижение взаимопонимания.
Прямая речь
9 ФЕВРАЛЯ 2021
Андрей Колесников: Это абсолютный политический тупик, особенность которого состоит в том, что Россия выстраивает его сознательно.